Вечный салют над Ригой

С Александром Романовичем Бугаевым мы познакомились в Рижской школе экономики и бизнеса (REBS), где он преподает основы интерьера и дизайна. Шутит, что все студенты в начале учебы считают себя гениями, и вспоминает, что в Академии художеств, где сам учился, преподавателю больших усилий стоило вернуть студентов к реальности. Ведь дизайн интерьера – это не только внешний блеск и лоск, но еще и рациональная планировка.

Сделано профессионально

   Преподавание – лишь одна из сторон многогранной деятельности Александра Романовича. Кроме этого, он пишет картины маслом, акварелью и в технике пастели, а также стихи, музыку и песни. И все это – отнюдь не пробы дилетанта. Впрочем, судите сами:

«Любить - не ремесло
И даже не искусство.
Любовь – венок из одуванчиков подчас.
Любовь – не вечная награда,
Она бывает и на час!
Но… чур, судить, что увлечение -
Лишь мимолетное движение.
Оставим споры и сомнения,
Ведь все творится в небесах!
Любовь не только счастье дарит,
Она затмит рассудок, страстью обезглавит.
Любовь, любовь предаст в сей час
И любят все-таки не раз!»

– Часто можно услышать фразу «сделано грамотно». По-моему, это звучит по-ликбезовски, – считает Александр Романович, – лучше говорить «сделано профессионально». В моем понимании, настоящий профессионал тот, кто в рутинной ситуации умеет безошибочно находить наиболее точные решения. Редко, но случается, что «профессиональное» перерастает в «настоящее искусство». Момент этого перехода непредсказуем и по силе ощущений подобен нырянию в ледяную прорубь.
В жизни самого А.Бугаева такие моменты были, может быть, и не однажды. Но мы расскажем вам лишь об одном – истории создания памятника воинам-освободителям, что возвышается сейчас в парке Узварас в Задвинье.

Святая к музыке любовь

70-е годы. Комсомольское кафе «Аллегро» - неизменное место сбора рижской творческой элиты. Именно там А.Бугаев познакомился с Э. Балинем - художника и архитектора объединила святая к музыке любовь. В 1978 году Э.Балинь предлагает А. Бугаеву принять участие в конкурсе по созданию в Риге памятника Победы.

1. В конкурсе участвовали довольно сильные архитекторские группы из Латвии,  Белоруссии, Калининграда, – вспоминает А. Бугаев. – Но, надо сказать, не все талантливые архитекторы захотели связываться с «политической» темой. К тому же место для будущего памятника тоже выбрали не простое. Площадь Узварас в Задвинье создавалась на народные средства, сразу после признания независимости Латвии во времена Первой республики. Здесь должны были проходить парады, но этому помешала заболоченность почвы, там было устье реки Ридзене. А потом наступил 40-й год, и всем стало не до того. В 1944-45-м годах именно на этом месте казнили фашистов... Так что одни художники просто не хотели связываться с этим местом, другим были чужды идеологические установки, третьи просто не понимали темы и создавали странные образы, больше похожие на аттракционы. В результате, когда подвели итоги, то оказалось, что ни одна из 20 архитекторских  групп, участвовавших в конкурсе, не была допущена к выполнению своего проекта.

Как пришло озарение

   Самому Александру Романовичу тема Победы была близка. Его отец, военный летчик, погиб во время войны.
«И расписался ты навечно
На небе том, над Молодечно.
И никогда уж не взлетит
Тобою сбитый «мессершмит»...»
Алекандр Романович окончил Суворовское училище, а затем Одесское пехотное училище. В Латвийскую академию художеств поступил в 26 лет, потому что по стране началось сокращение в армии, и замполит, зная как Бугаев хорошо рисует, посоветовал ему сменить профессию. Но все же Бугаев сначала участвовал в конкурсе на лучший проект памятника воинам-освободителям, так сказать, «за компанию». Ему нравилось работать с архитектором Балинем, хорошим организатором, умевшем создать великолепные условия для творчества, а также со скульпторами Л. Буковским, А. Гулбисом, но сам был лишь простым исполнителем. А вот когда после первого этапа конкурса оставили для продолжения работ всего 4 группы, Бугаева, по его собственному выражению, прорвало.
Еще раньше в его группе решили ставить вертикаль, трехгранную стелу. Хорошо, а что на вертикали? Банальнейший штык? Бугаев начинает прорабатывать сотни вариантов со всеми известными геометрическими фигурами. Вот куб. Что из него можно сделать, если срезать часть, поставить под наклоном? Вот шар. Что получится, если разделить его на восемь сегментов? Рутинная работа поиска.

1. Упирались мы тогда день и ночь, – вспоминает Александр Романович, – работа по объему была сумасшедшая, но денег за это не платили, так что приходилось время от времени отвлекаться, зарабатывать на жизнь. В результате время работы над созданием проекта памятника в парке Узварас совпало с работой над строительством депутатских V.I.P.- залов в аэропортах Душанбе и Ленинабада, во «Внуково» в Москве, проектированием ресторана «Каскад» в Сочи. Не гнушался художник и небольшими заказами. Однажды, работая над дизайном утилитарных архитектурных форм, он использовал диагональ, которая тогда только начала входить в моду (здание Рижского телецентра).

– И тогда меня осенило, – вспоминает художник. – Я срезал профили звезд, протянул их, разделил вертикаль на несколько частей – получился салют Победы. В первоначальном варианте у меня были еще горизонтальные риски, получалось, что стела как бы сложена из отдельных камней. На мысе Херсонес есть греческая колонна, а рядом лежит капитель. Это уже символ времени. У меня была идея: салют - звезды взлетели, а две звезды упали, они – время. Пришли журналисты из журнала «Arhitektura. Celtniecība. Dizains», сказали, журнал печатается через два дня и не могу ли я нарисовать простейший эскиз памятника для публикации? Я нарисовал, журнал вышел в свет. Одновременно архитекторы Вера Кайзере и Арта Озола увидели эскиз, сказали, что получается шикарно, надо делать макет и проходить в следующий этпа конкурса. И эту работу сделали. Как всегда, в рекордные сроки. Поставили белоснежный макет стелы на черное стекло. При этом, поймите, мы сильно рисковали, отказываясь от старой идеи – трехгранной стелы. Демонстрация макета стелы и публикация эскиза в журнале произвели эффект разорвавшейся бомбы. Удалось вкусить сполна «бедность друзей и верность врагов». Но честно говоря, я вознесся на этих звездах, хотя и до того разного рода известностью и регалиями не был обижен.

Эту стелу не разрушишь, не взорвешь!
После рижского мемориала Победы «звездная болезнь» пошла по всему Союзу. Появились «звезды» и в Сочи, и в Харькове, и в Самаре. Благодаря вертикали памятника, стеле, группа Балиня была допущена ко второму этапу конкурса, а горизонталь делали архитекторы Э. Вецумниекс и В. Зилгалвис. О скульптурах разговор будет отдельный, а вот сочетание зеленой травы, грубого булыжника и спокойной глади воды тоже потом было позаимствовано во многих мемориалах, в том числе, и на Поклонной горе.
Лет пять, в общей сложности, ушло на поиск нужных пропорций. За это время художником были созданы сотни макетов. Последний был выставлен в церкви святого Петра, где в то время находился музей архитектуры, принимал работу сам маршал Советского Союза, почетный гражданин Риги Иван Христофорович Баграмян. У Бугаева с Баграмяном состоялась тогда такая беседа: «Служил в армии? – спросил маршал. – Служил, ответил А.Бугаев. – Офицер? – Офицер. – А что стал художником?.. Хотя, впрочем, у меня самого зять – художник...» В итоге макет стелы памятника воинам-освободителям маршал одобрил и руку Бугаеву пожал.
Потом началось строительство. Не менее интересным, чем поиск идеи и воплощение ее в макете был и авторский надзор за строительством. Работы выполняли метростроевские бригады. Оптимальную высоту памятника, по оригинальной идее Балиня, установили таким образом. Четырех фотографов поставили по четырем точкам: на Агенскалнском рынке, на Каменном мосту, на станции Торнякалнс и возле бышей гостиницы «Турист». Подняли в небо военный вертолет, который на разной высоте пускал ракеты разного цвета, а фотографы их фотографировали. Потом снимки наложили друг на друга и так установили, что оптимальная высота памятника – 79 метров. Таким образом, создатели стелы избежали дорогостоящего макетирования в натуре.

1. Мы поднимались на эту высоту, когда монтировались звезды, зрелище, скажу я вам, очень вдохновляющее! – отметил Бугаев.

   Русло реки Ридзене перенаправили, сделали дренаж, а потом методом скользящей опалубки закрепили стелу в землю. Она прошла 26 метров, через известняки, глину и уперлась в гранит. На это грандиозное сооружение потрачено более тысячи тонн металла и бетона, поэтому оно практически неуязвимо для взрыва.
В 1985 году памятник воинам-освободителям Риги был торжественно открыт.

Светлая им память

1. С историей создания, строительства и нынешнего существования памятника связаны не только многие радости, но также и горести, – рассказывает Александр Романович. – Надо сказать, что правительственных комиссий различного рода и уровня было очень много и чаще всего они принимали волевые решения, которые художниками воспринимаются весьма болезненно. Так, разнос очередной комиссии по композиции скульптурной группы памятника унес на тот свет замечательного скульптора Л.Буковского. Не дождался финала и главный конструктор Г.Бейтиньш, его подкосили пожар во время возведения стелы и смерть матери. Трагически оборвалась и жизнь руководителя группы Э. Балиня… На меня после открытия памятника навешали всех собак, были и травля, и нападения. Отношения с власть предержащими закончились тем, что нас тихо и незаметно поздравили с  Государственной премией. В конце восьмидесятых наступило время, когда рушилось все, сдавались без боя все позиции, в том числе и завоеванные ценой миллионов жизней. Но я считаю, что наш памятник Победы выдержал испытания временем. Сегодня он является одним из значительнейших европейских памятников антифашистской борьбы, наряду с мемориалами в Трептов-парке, Варшаве, Сталинграде. Этот памятник по-прежнему современен по архитектуре, или, как сказал выдающийся скульптор Михаил Аникушин, «изысканен». Народ его чтит. Он объединяет людей, живущих в Латвии, ибо символизирует салют Победы, конец кровавой войны и светлую память о ее героях. Вечный салют над Ригой!

«Ты помни, Солдат,
В этот день знаменательный
Ничто не забыто, никто не забыт.
Победа была окончательной
И обжалованью не подлежит!»

Татьяна Герасимова,

«Образование и карьера»
N9, 2003